Чехов. Дядя Ваня: заметки, впечатления, мнения

Театр Пушкина и московский режиссер Анатолий Ледуховский поставили пьесу Антона Чехова «Дядя Ваня». Впервые.



Меня, слегка искушенного, но далеко не профессионального зрителя, этот спектакль не отпускал сутки точно. А если еще точнее — я прониклась им на следующий день, когда увидела фотографии с премьеры, и впечатления сами собой вербализовались.

Фото: Кристина Туркова

Картинка:

Первые полчаса спектакля я не понимала, что мне показывают, и в какой-то момент даже подумала уйти. Артисты с эхо-микрофонами (что непривычно само по себе). Много черноты. Сцена – один большой «черный кабинет». Где костюмы 19 века? Почему звучит расстроенное фортепиано? Сколько водки, водки, водки. Но потом как-то все разошлось, пошли невероятно впечатляющие сцены — в общем, я попала под гипноз.

И дальше – все эти, на первый взгляд, странные режиссерские моменты. Кровавый покос, дымящееся под кокошники и народную песню пианино, конвульсии Дяди Вани, эротизм, большая кровать, размазывание еды по лицу, драка. Хулиганство? Конечно. Но это и есть современное прочтение классики. И все это так органично вписывается в спектакль, делает его «здесьисейчас», что вопрос — а где же Чехов? — отпадает сам собой.

Фото: Кристина Туркова

Некоторые смыслы:

Рефрен «Дяди Вани»: надо делать дело, надо верить и жить. Отдохнем там, мы отдохнем там... — и небо в алмазах, и ангелы будут там. Только жизнь — она вот, здесь — с водочкой, скукой, моментами просветления и праздности, отвращения, любви, пошлости, красоты. И воля наша — принимать жизнь во всей ее полноте, терпеть, быть чище, мудрее и выше самого себя. Или не быть вовсе.

Фото: Кристина Туркова

Актерская игра:

Ощущалось, что этот спектакль стал творческим актом. Режиссер сделал небольшой шаг назад, в позицию наблюдателя, и позволил артистам самим нащупывать образ, экспериментировать, придумывать фишки, жесты, интонации. Получилось свежо, честно и невымученно.

Сергей Селеменев (Дядя Ваня), Сергей Даниленко (Астров), Анна Домникова (Соня), Эдуард Михненков (Серебряков), Андрей Киндяков (Илья Ильич) и все, все играли блестяще. Второй состав спектакля оказался не менее блестящим, но ощущения оставил другие (но это отдельная история). 

Взгляд изнутри:

«Для меня эта роль [доктора Астрова] стала важной, особенной. В следующем году 10 лет, как я в театре <...> Интересно было, когда мы сочиняли с режиссером. Не получалось такого – вот, твой персонаж любит леса и так далее — репетиции происходили не так. А — давай попробуем это, теперь вот это и это. Изначально режиссер понимал, что хочет, и сразу шел к результату. Что я сам для себя нашел — все пошло в роль. Эмоции я придумывал сам. Это было настоящее сотворчество», — Сергей Даниленко, артист театра им. Пушкина

 
Взгляд со стороны:

«В меня «попал» этот спектакль. Он смешной. Для меня стало маленькой радостью, что я вижу, какие работы у артистов. Я не видел их в этих проявлениях, это открытие и волшебство под названием «творчество». Мне кажется, такого театрального продукта еще не было в Красноярске. Такой спектакль был нужен. И теперь он по праву займет высокое место в театральном рейтинге города», — Станислав Линецкий, артист театра им. Пушкина

 
Красивый, умный спектакль. Поздравляем Красноярский театр им. А.С. Пушкина с премьерой! Культура24 советует не пожалеть почти четыре часа своего времени и увидеть его. 

Автор заметок: Ксения Махалова